6Мар

Автор: Проект "Космос"


В спиральных ветвях галактик, в их центральных областях и даже в ядрах существуют облака пыли. Газо-пылевые образо­вания, по-видимому, играют важную роль в эволюции как спиральных ветвей, так и центральных областей галактик. Для просмотре с хаббла галактики почти также привлекательны, как японки в Интернете.

Сотрудник Крымской астрофизи­ческой обсерватории И. И. Проник оценил содержание пыли в цент­ральных областях галактик. Он рас­смотрел 81 нормальную галактику. Среди них самое большое покрасне­ние центральной области зарегистри­ровано у галактики NGC 4088. Плот­ность пыли в ней, по оценкам И. И. Проника, такая же, что и в ок­рестностях Солнца,— 0,5 х 10 в -26 степени г/см3. Вероятнее всего, что в центральных областях галактик больше мелкой пыли и сосредоточена она в разре­женных облаках. Если считать, что ледяные пылинки размером 10 в -5 степени см занимают в галактике диск радиу­сом 1250 пс и толщиной 200 пс, то масса пыли в центральной области галактики NGC 4088 составит 6 х 10 в 4 степени солнечных. А если учесть, что в центральных областях встречаются и плотные облака, то массу пыли сле­дует увеличить до 10 в 5 степени солнечных. Во всех остальных галактиках, рас­смотренных И. И. Проником, пыли столько же или меньше.

Согласно одной из гипотез, инфра­красное свечение ядер галактик обу­словлено пылевыми облаками, кото­рые есть в самих ядрах. Если при­держиваться этой гипотезы, то с не­избежностью следует принять, что пыль выметается световым давлени­ем из ядер галактик в центральные и периферийные области. За 10 в 10 степени лет из ядра нашей Галактики должно вытечь 10 в 3 степени солнечных масс пыли. Это не противоречит оценкам содер­жания пыли в нормальных галак­тиках, полученным И. И. Проником.


16Фев

Автор: Проект "Космос"

Специализированный спутник «Uhuru» открыл несколько протя­женных рентгеновских источников, которые были отождествлены с мета- галактическими объектами — гигант­ской эллиптической галактикой NGC 4486, скоплениями галактик в Воло­сах Вероники, Персее, Центавре и другими. Линейные размеры этих ис­точников различны — от 200 кпс до 2,8 Мпс, а мощность их излучения в диапазоне энергий 2—10 кэв дости­гает 5*10^44 эрг/сек.

Корреспондент И. С. Шкловский рассмотрел возмож­ные механизмы рентгеновского излу­чения метагалактических источни­ков. По его мнению, это — тепловое излучение горячей плазмы. Согласно оценкам И. С. Шкловского, масса го­рячей плазмы, окружающей NGC 4486, составляет 10^11 солнечных, а вокруг NGC 1275 (самый крупный объект скопления галактик в Пер­сее) — 10^13 солнечных масс. Средняя плотность плазмы равна 10^-27 г/см3.

Откуда берется эта плазма? По­скольку рентгеновский источник, отождествленный с NGC 4486, почти совпадает по своим размерам о опти­ческим гало этой галактики, плазма вполне может иметь межзвездное происхождение. Масса этой гигант­ской звездной системы сравнима с массой среднего скопления галактик. Если горячая плазма действительно образуется в NGC 4486 при эволюции некоторых звезд, то она должна дис- сипировать в окружающее простран­ство. Не исключено, что плазма име­ет и межгалактическое происхожде­ние. Концентрируясь в области гра­витационной «потенциальной ямы», окружающей NGC 4486, плазма мо­жет выпадать на центральные части галактики. Возможно, этим процес­сом объясняется активность ядра NGC 4486.

Если горячая плазма в рентгенов­ских метагалактических источниках имеет звездное происхождение, то в их спектрах следует ожидать резо­нансной линии Fe XXVI с энергией 6 эв. Современные рентгеновские де­текторы не способны обнаружить эту линию, но в ближайшем будущем та­кие наблюдения, безусловно, удастся осуществить.


15Фев

Автор: Проект "Космос"

Пора бы и закончить с новостями рентгеновской астрофи­зики. Под занавес вспомним еще об одной, на этот раз связанной с внега­лактическими источниками.

Рентгеновское излучение наблюда­ется от нескольких близких и богатых скоплений галактик, например скопле­ний в созвездиях Персея и Волос Вероники. Но есть скопление галак­тик, еще более близкое, самое близ­кое к нам, в созвездии Девы. Тыся­чи галактик, а рентгеновского излуче­ния нет. А между тем галактики в этом скоплении ровно ничем не отли­чаются от галактик в скоплении Волос Вероники или Персея. Почему нет рентгена? Пока это не известно.

Карта «рентгеновского неба» все еще полна белых пятен. Что такое сотня-две рентгеновских источников по сравнению с бесчисленным мно­жеством звезд, видимых в оптическом диапазоне? А вот странностей в рент­геновской астрофизике вполне доста­точно. Их исследование — дело очень увлекательное хотя бы потому, что именно с рентгеновским излучением связывается надежда на открытие са­мых необычных объектов—черных дыр.

 


15Фев

Автор: Проект "Космос"

Постоянные рентгеновские ис­точники есть и сильные, и слабые. Яркие, без сомнения, принадлежат нашей Галактике. Среди этих источни­ков около десяти остатков Сверхно­вых звезд. Их физическая природа более или менее ясна. Но какова при­рода тех двадцати ярких постоянных источников (поток энергии в диапазо­не 2—6 кэв), галактическая широта которых мень­ше 20°? Ни один из них не отождест­влен. Переменные источники плохо ли, хорошо ли, но отождествляются, а по­стоянные так и остаются «неопознан­ными».

В Шемахинской обсерватории груп­па, возглавляемая О. X. Гусейновым, провела такое исследование: распре­деление на небе рентгеновских источ­ников сравнили с распределением всех довольно ярких (каталогизиро­ванных) галактических объектов, спо­собных хотя бы в принципе давать рентгеновское излучение. Ведь если какой-то класс объектов ответствен за рентгеновское излучение, то про­странственное распределение этих объектов и рентгеновских источников должно быть похожим. Одновремен­но каждому рентгеновскому источни­ку подбиралась оптическая или ра­диопара. И что же? Какой бы класс объектов ни выбирался, корреляции не было. Ни со звездами типа Вольфа — Райе, ни с планетарными туманностями, ни с рассеянными скоплениями, ни со звездными ассо­циациями, ни с газовыми облака­ми…— ни с чем.

Не только «неотождествляемостью» отличаются постоянные рентгеновские источники. Они и пространственно иначе расположены, чем переменные. Переменные источники довольно плотно сконцентрированы к плоскости Галактики. Средняя галактическая ши­рота их 3°. А постоянные источники распределены по широтам совершен­но иначе, и средняя широта их вдвое больше. Это неспроста. Обычно раз­личие в пространственном распреде­лении небесных тел означает разли­чие в их возрасте и природе.

Разница между постоянными и пе­ременными рентгеновскими источни­ками станет еще более ощутимой, ес­ли мы вспомним слабые постоянные источники, открытые «Uhuru». Правда, пока не ясно, галактические это ис­точники или нет. Часть их, наверняка, внегалактические, потому что они на­дежно отождествлены с пекулярными галактиками, скоплениями галактик и квазарами (постоянные внегалактиче­ские источники, как видите, вполне можно отождествить!).

Гурский утверждает, что все слабые постоянные источники — внегалакти­ческие. Вот как он рассуждает. Сла­бые рентгеновские источники, дейст­вительно, могут быть либо внегалак­тическими и очень мощными, либо близкими к Солнцу и очень слабыми. Если они близкие и слабые, то те ис­точники, которые оказались далеко, нельзя увидеть раздельно, ибо совре­менные счетчики излучения недоста­точно чувствительны. Такие источники внесут свою лепту в наблюдающийся рентгеновский фон. Гурский и его коллеги подсчитали, что если все слабые постоянные рентгеновские источники находятся в пределах Га­лактики, то фон от них должен быть около 7 *10^3 кв/см2-сек-град — примерно вдвое больше, чем есть на самом деле. Это верно,, если все сла­бые источники—галактические. А если только половина? Тогда и фон ока­жется близок к наблюдаемому, и заодно постоянные источники будут избавлены от странности, свойствен­ной переменным источникам. В отли­чие от переменных, постоянные ис­точники бывают и слабые, и силь­ные— всякие. Правда, принадлеж­ность половины слабых постоянных источников нашей Галактике нужно еще доказать, но путь для этого су­ществует.

В радиодиапазоне у внегалактических объектов обнаружена законо­мерность. Если подсчитать, сколько источников имеет поток излучения больше некоторого S, то окажется, что число источников N зависит от по­тока. Зависимость эта верна не только в радиодиапазоне, она должна выполняться и в рентге­не. И она выполняется. Тридцать рентгеновских источников определен­но отождествлены с внегалактически­ми объектами — сейфертовскими га­лактиками, скоплениями галактик и по-видимому, квазарами.

А теперь сделаем такой же под­счет для слабых постоянных источни­ков, которые не отождествлены с внегалактическими объектами (таких источников около 60).Получается, что если среди слабых постоянных неотождествленных источ­ников и есть внегалактические, они по крайней мере не сильно влияют на зависимость «число — поток». Но вот сказать наверняка, какой из источни­ков находится в Галактике, а какой за ее пределами, сейчас нельзя — слишком уж мало мы знаем.

Постоянные рентгеновские источни­ки в Галактике не могут быть обыч­ными объектами — звездами, скопле­ниями, туманностями. Нельзя объяс­нить постоянные источники и перете­канием вещества в двойных системах. Тогда остается принять гипотезу, что открыты какие-то новые объекты, из­лучающие преимущественно в рент­геновском диапазоне.

Что это за объекты? Одиночные нейтронные звезды и черные дыры, активные именно в рентгеновской части спектра (в отличие от нейтрон­ных звезд — пульсаров, активных в радиодиапазоне)? Может быть. А мо­жет быть, и нет. Здесь мы вступаем в область предположений, не осно­ванных на достоверных фактах. Какие тут факты, когда нет ни одного отож­дествления, не известны сколько-ни­будь рентгеновские спектры, не опре­делены расстояния.

P.S. Если у вас есть карты ТАРО или вы планируете их купить, то для начала интересно будет вам посмотреть на значение этих карт. Например карта четверка жезлов — это поддержка друзей, коллег и единомышленников. На сайте черное-солнце.рф вы найдете не только подробное описание всех карт, но и картинки с их внешним видом. Кроме того на сайте есть форум, где знатоки с удовольствием помогут новичкам.


14Фев

Автор: Проект "Космос"

Спутник «Uhuru» обнаружил много слабых рентгеновских источников. И выяснился любопытный факт: среди слабых источников, открытых «Uhuru», не оказалось ни одного переменного. Поток от самого слабого переменно­го рентгеновского источника в мини­муме блеска равен 8*10^-3 кв/см2-сек (в диапазоне 2-6 кэв), в то же время самый слабый постоянный источник имеет поток около 10^3 кв/см2*сек.

Г. Гурский, один из участников экс­перимента «Uhuru», объясняет эту странность, введя другую. Он утверж­дает, что в Галактике вообще нет ни одного переменного рентгеновского источника, светимость которого была бы меньше 10^36 эрг/сек. Тогда пере­менный источник, будучи даже на краю Галактики, все же окажется до­вольно ярким. Получается, что дол­жен существовать нижний предел светимости переменного рентгеновского источника. Почему?

Переменный рентгеновский источ­ник, видимо, возникает вследствие из­лучения газового диска в двойной си­стеме. Мощность излучения зависит от того, сколько вещества перетекает. Светимость источника составит 10^з эрг/сек, если газовый поток перено­сит в год около 10^-11 масс Солнца. Это — очень небольшая скорость пе­ретекания. В двойных системах зача­стую наблюдаются газовые потоки, пе­реносящие в год 10^-6 солнечных масс. Скорость перетекания может быть и большой, и малой в зависимо­сти от физических условий в системе. А из утверждения Гурского следует, что либо вовсе нет перетекания, меньшего 10^-11 масс Солнца в год, либо такое перетекание почему-то не дает рентгена. В противном случае должны наблюдаться слабые пере­менные источники. А их нет.

Фотографировать звезды можно с помощью бюджетного, но очень качественного фотоаппарата nikon d40x, который унаследовал все свои положительные качества от предшественника Nikon D40. Здорово, если вы смогли бы отправится в горы или в лес и встретить там закат. Фотоаппарат nikon d40x небольших размеров, компактен, его удобно носить с собой. Не смотря на свою небольшую цену — это полноценный зеркальный фотоаппарат, который смотрится совсем не дешево. Подходит как начинающему фотографу, так и продвинутому.


11Фев

Автор: Проект "Космос"

Новость 1. Двойные звезды.

Не так уже много известно пока о рентгеновских источниках. А то, что известно, преисполнено великих странностей, тех самых странностей, которые и приводят к открытиям.

Обнаружены два рентгеновских пульсара — Геркулес Х-1 и Центавр Х-3. Оба источника — двойные систе­мы. И в этом-то заключается первая странность. Почему радиопульсары все одиночные, а оба рентгеновских входят в двойные системы?

Казалось бы, что тут странного. В рентгеновском диапазоне в двойных системах излучает газ, который пере­текает с поверхности оптической ком­поненты на нейтронную звезду. Это очень мощный газовый поток, он на­чисто «забивает» слабые по сравне­нию с ним выбросы частиц из ней­тронной звезды. А именно выбросы и приводят к появлению радиопуль­саров. Это верно. Но если в системе нет перетекания вещества, как быть тогда? Ничто уже не мешает нейтрон­ной звезде проявлять себя в виде радиопульсара. Однако радиопульса­ров в двойных системах нет, сообщают последние новости дня.

Что же получается? Либо нейтрон­ная звезда (радиопульсар) вообще не входит в двойную систему, либо вхо­дит, но непременно в пару, где проис­ходит перетекание вещества. А меж­ду тем среди двойных звезд гораздо больше широких пар и систем, в ко­торых нет перетекания вещества, нет газовых потоков.

Новость 2. Круговые орбиты

Оба рентгеновских пульсара Цен­тавр Х-3 и Геркулес Х-1 обращаются вокруг своих «центральных тел» поч­ти по круговым орбитам. Измеренные на спутнике «Uhuru» эксцентриситеты оказались не больше 0,1.

Согласно общепринятому мнению, образование нейтронных звезд сопро­вождается вспышкой Сверхновой, во время которой выбрасывается боль­шая масса вещества с колоссальной скоростью, до 10 000 км/сек. Если Сверх­новая вспыхивает в двойной системе звезд, то система может распасться.

А уж если этого не происходит, то силы взрыва, наверняка, хватит, чтобы сделать орбиты звезд очень вытяну­тыми. Как же быть тогда с круговыми орбитами рентгеновских пульсаров? Нельзя ли избавиться от этого про­тиворечия? Может быть, мы непра­вильно понимаем механизм излуче­ния, и в этих системах вовсе нет ней­тронных звезд. А может быть, ней­тронные звезды есть, но образова­лись они без вспышки Сверхновой: произошел «тихий» коллапс — звезда схлопнулась, а выброса массы не по­следовало. Однако «тихий» коллапс очень маловероятен, если вообще воз­можен. И первые две странности рентгеновской астрофизики пока так и остаются странностями.


11Фев

Автор: Проект "Космос"

Идея о двойных системах очень привлекательна, особенно сейчас, когда интенсивно ведутся поиски са­мых странных объектов во Вселен­ной — черных дыр. В по­следнее время появилась возмож­ность обнаружить черную дыру в двойной системе по ее рентгеновско­му излучению. Каким образом?

Представьте, что черная дыра ока­залась в паре с обычной звездой. Причем, черная дыра настолько близ­ка к звезде, что с поверхности по­следней началось истечение вещества.

Вещество это притягивается черной дырой, но не падает на нее сразу, по­тому Что обладает вращательным мо­ментом. И около черной дыры обра­зуется диск из горячего газа. Диск излучает в рентгеновском диапазоне. Этот диск мы и видим. А сама черная дыра погружена глубоко в газ и про­являет себя лишь полем тяжести. По величине тяготеющей массы и можно различить, что находится в глубине: черная дыра, нейтронная звезда или белый карлик. По массе и еще по переменности. Например, рентгенов­ский источник Центавр Х-3 строго пе­ременный, период его равен 4,842 се­кунды. И никто не говорит, что в этой системе может быть черная дыра, по­тому что такой период соответствует вращению белого карлика или ней­тронной звезды.

А вот у рентгеновского источника Лебедь Х-1 обнаружена очень быст­рая переменность — гораздо меньше секунды. Причем, без той строгой пе­риодичности, которая свойственна вращению нейтронных звезд и белых карликов. Но для черной дыры харак­терна именно такая переменность, возникающая в падающем на черную дыру газе. Это было показано В. Ф. Шварцманом для одиночных черных дыр и Р. А. Сюняевым для двойных. Так возникло подозрение. Но подо­зрение— не доказательство.

Летом 1972 года источник Лебедь Х-1 был отождествлен, и не с какой- нибудь слабенькой звездочкой, а со звездой яркой, 9-й величины, сверх­гигантом голубого цвета HD 226868, «обладающим огромной оптической светимостью (около 10^38 эрг/сек). Блеск звезды изменяется с периодом 5,6 суток. Были получены спектры и определены лучевые скорости компо­нент системы. Оказалось, что лучевая скорость звезды-сверхгиганта меня­ется за половину периода на 74 км/сек, а лучевая скорость невидимой компоненты — на 100 км/сек. Это оз­начает, что сверхгигант тяжелее не­видимой компоненты в 1,4 раза. Меж­ду тем известно, что масса сверхги­ганта спектрального класса ВО колеб­лется обычно от 12 до 20 масс Солн­ца. Тогда получается, что невидимая компонента, излучающая в рентгенов­ском диапазоне, должна быть массив­нее Солнца в 8—14 раз. Это слишком много для нейтронной звезды.

Определили массу невиди­мой компоненты другим способом, наблюдая сплюснутость звезды-сверх­гиганта, которая вызвана вращением звезды вокруг оси и приливными си­лами, возбуждаемыми массивной не­видимой компонентой. Они нашли, что масса рентгеновского источника должна быть больше 7,8 массы Солн­ца. Итак, черная дыра, наконец, от­крыта?

Но нельзя быть столь категоричны. Во- первых, ограничен материал наблюде­ний видимой звезды, для уточнения ее параметров нужны новые наблюдения. И во-вторых, может быть, не­верно само отождествление? Ведь в рентгеновском диапазоне пока так и не обнаружен период в 5,6 суток, свойственный оптической звезде. А это немаловажный фактор. Надеж­ность отождествления источника Скорпион X-1f например, была призна­на, лишь когда удалось обнаружить связь между изменениями рентгенов­ского и оптического блеска.

Конечно, нужны дальнейшие иссле­дования. Но как бы то ни было, сей­час Лебедь Х-1 — самый вероятный кандидат в черные дыры. Есть еще один подобный источник, располо­женный в созвездии Скорпиона и за­несенный в каталог под номером 1700-37. С оптическим объектом он пока надежно не отождествлен.

Получается, что рентгеновские ис­точники— это вовсе не «просто» из­лучение горячей плазмы. Почти на­верняка в этой плазме находится ком­пактный объект — белый карлик, ней­тронная звезда или черная дыра. Об­наружены нейтронные звезды и в ос­татках Сверхновых — в Крабовидной туманности и в туманности Паруса X. Есть подозрение, что каждая вспыш­ка Сверхновой приводит к рождению нейтронной звезды — пульсара.


11Фев

Автор: Проект "Космос"

Сейчас карта рентгеновского неба похожа на карту островной гряды. По галактическому экватору, вдоль Млечного Пути выстроилось десятки точек-островков. И множество островков разбро­сано по всему небу, включая высокие галактические широты. Большая часть точек появилась на карте после запуска в декабре 1970 года рентгеновского спутника «Uhuru».

Не все рентгеновские источники принадлежат нашей Галактике. Есть и внегалактические.

Едва на карту неба нанесли первые рентгеновские точки, перед астрофи­зиками была поставлена задача отож­дествить их с оптическими объекта­ми, подобрать каждому рентгеновско­му источнику оптическую или радио­пару. Задача непростая. Рентгенов­ские счетчики обладали тогда не очень высокой разрешающей способ­ностью. Рентгеновский источник зача­стую оказывается локализован в об­ласти неба, ограниченной целым квад­ратным градусом, а на такой большой площадке видны десятки необычных звезд, ярких и слабых. Вначале можно было говорить об отождествлении лишь десяти галакти­ческих рентгеновских источников, а всего их наблюдаются сотни. Точную цифру назвать было трудно, потому что не было пока надежного критерия, позволяющего отличить галактический источник от внегалактического.

Шесть источников из отождествлен­ного десятка — остатки Сверхновых звезд. С ними вопрос более или ме­нее ясен: излучает расширяющаяся оболочка Сверхновой звезды. А че­тыре других источника отождествле­ны со звездами: источники Геркулес Х-1 и Лебедь Х-1 — со звездами обычными, источники Скорпион Х-1 и Лебедь Х-2 — со звездами необычны­ми.

Открытия эти не принесли астрофи­зикам успокоения, потому что яснее физическая природа объектов не ста­ла. Вот, например, источник в созвез­дии Скорпиона. Отождествлен он был в 1966 году, но почти восьмилетняя ис­тория его интенсивного изучения так и не дала ответа на вопрос: откуда берется горячая, нагретая до 50 млн. градусов плазма, которая излучает в рентгене? Область рентгеновского из­лучения чрезвычайно мала, не боль­ше 10 тыс. км. По диаметру рентге­новский источник похож на белый карлик, а по спектру — на давно вспыхнувшую Новую звезду. И еще похоже на то, что внутри излучающей плазмы находится нейтронная звезда или даже черная дыра — об этом сви­детельствовали энергетические сообра­жения. А если рассматривать все дан­ные в совокупности, то рентгеновский источник ни на что не похож.

Возможно, как показали позже исследо­вания, проведенные в Шемахинской астрофизической обсерватории АН АзербССР, еще четыре рентгенов­ских источника связаны с остатками Сверхновых. Но эти отождествления еще не были доказаны.

Надо сказать, что со Скорпионом Х-1 нам еще очень повезло. Источ­ник этот, ближайший к нам — расстояние до него около 300 пс. Звездообразный объект, отож­дествляемый с рентгеновским источником, имеет 13-ю величину. А если бы Скорпион Х-1 оказался на рас­стоянии А—5 кпс, где, находится большинство других источ­ников? Тогда в рентгене он все еще оставался бы довольно ярким, а вот в оптике звездочка стала бы 18-й или 19-й величины, а то и слабее, если учесть поглощение света в Галактике. И наши надежды на отождествление значительно уменьшились бы. Сложность разбора рентгеновских волн и определения характеристик источника высока, с ней могут справится только ученые с необычным складом ума и подходу к науке, похожими на современного педагога Щетинина.

Другой объект такого же типа — Лебедь Х-2 расположен на расстоя­нии 700 пс от Солнца и в оптическом диапазоне виден как звездочка 15-й величины. Этот источник во многом напоминает Скорпиона Х-1, но вот странность — в его оптическом спект­ре ясно видны линии поглощения, присущие заурядной звезде-карлику спектрального класса G. Такая звезда не может сама быть источником рент­гена. Значит, излучается рентген ка­ким-то невидимым в оптике телом. Но тогда получается, что Лебедь Х-2 — двойная система.

О Скорпионе Х-1 тоже говорили, как о двойной системе. Предполага­лось, что горячая плазма образуется при перетекании вещества с одной звезды на другую, очень компактную, может быть, нейтронную или на черную дыру. А вот источники Лебедь Х-1 и Геркулес Х-1, наверня­ка, двойные системы.


11Фев

Автор: Проект "Космос"

В 60-ые годы ХХ столетия на «рентге­новском небе» Вселенной сия­ло всего три ярких источ­ника, сейчас их в десятки раз больше. Исследование рент­геновских источников откры­вает путь к познанию самых необычных объектов реляти­вистской астрофизики — ней­тронных звезд и черных дыр. Три точки на карте — так пятьдесят лет назад выглядело небо в рентгенов­ском диапазоне. Невелика была чув­ствительность счетчиков, и заметны были только крупные рентгеновские «материки» — Солнце, Крабовидная туманность и странный источник в созвездии Скорпиона.  Сейчас же ученые создают блоги и дневники в Интернете, публикуют там отчеты по новым и новым рентгеновским источникам.

Не о Солнце сейчас речь. Его излу­чение очень интенсивно и интересно для исследования, но по крайней ме­ре понятно: в рентгенозском диапазо­не светится горячая плазма. С Крабо­видной туманностью ситуация слож­нее. Это — своеобразный астрофизи­ческий музей в созвездии Тельца. И причиной тому — молодость и не­обычное происхождение объекта. Возраст туманности всего около ты­сячи лет, и произошла она в резуль­тате редкого явления — вспышки Сверхновой звезды. Открытие рентге­новского излучения от Крабовидной туманности не стало сенсацией — его ждали. Но вот 19 июня 1962 года при­боры, установленные на ракете «Аэроби», обнаружили яркий рентге­новский источник в созвездии Скор­пиона. Тогда и появилась первая стро­ка в списке загадок и странностей «рентгеновского неба».


11Фев

Автор: Проект "Космос"

Открытие пульсаров стало одним из крупнейших достижений современ­ной астрофизики, фундаментальным вкладом в проблему последних ста­дий эволюции звезд. И хоть ученых порой раздражает, что наблюдение за такими звездами ограничено изучением их радиоволн, которые меняются периодам, это открытие стимулировало большое число теоре­тических работ по электродинамике вращающихся намагниченных тел и строению вещества при плотностях, близких к ядерной.

Известно, что пульсары используют­ся для изучения межзвездной среды. Радиоимпульс, проходя в межзвезд­ном веществе, «расщепляется» при взаимодействии с электронами плаз­мы, поэтому сигнал принимается не сразу во всех диапазонах, а растянут по времени: раньше приходят более короткие волны. Измеряя эту диспер­сию сигнала, можно судить о средней плотности электронов в межзвездной среде. В плоскости Галактики она оказалась равной 0,12 см в кубе.

Обсуждаются проблемы исследова­ния солнечной короны с помощью просвечивания ее пульсарами. Об­суждается также возможность про­верки общей теории относительности по отклонению лучей света и запаз­дыванию сигнала. Исследование опти­ческих импульсов пульсаров, излуче­ние которых не претерпевает диспер­сии, позволило подтвердить с высо­кой точностью независимость скоро­сти света от частоты. На разных час­тотах скорость света различается все­го лишь на 10^-07 см/сек.

Богатство и сложность физических явлений, приводящих к феномену пульсара, еще не раскрыты оконча­тельно. По словам академика В. Л. Гинзбурга, «пульсары находятся не только в фокусе интересов астроно­мии сегодняшнего дня, но, по всей вероятности, останутся в центре вни­мания еще многие годы и даже де­сятилетия».


Новости космоса

Можно по почте. Введите ваш email:

Рубрики
Ads